schmetterlin пошел взглянуть на розы.
- Вы ничуть не похожи на мою
behold_er, - сказал он им. - Вы еще ничто. Никто вас не приручил, и вы никого не приручили. Таким был прежде мой
singer_of_dark. Он ничем не отличался от ста тысяч других лисиц. Но я с ним подружился, и теперь он - единственный в целом свете.
Розы очень смутились.
- Вы красивые, но пустые, - продолжал
schmetterlin. - Ради вас не захочется умереть. Конечно, случайный прохожий
nymphetamin, поглядев на мою
behold_er, скажет, что она точно такая же, как вы. Но мне она одна дороже всех вас. Ведь это ее, а не вас я поливал каждый день. Ее, а не вас накрывал стеклянным колпаком. Ее загораживал ширмой, оберегая от ветра. Для нее убивал гусениц, только двух или трех оставил, чтобы вывелись бабочки. Я слушал, как она жаловалась и как хвастала, я прислушивался к ней, даже когда она умолкала. Она - моя.
И
schmetterlin возвратился к
singer_of_dark.
- Прощай... - сказал он.
- Прощай, - сказал
singer_of_dark. - Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.
- Самого главного глазами не увидишь, - повторил
schmetterlin, чтобы лучше запомнить.
- Твоя
behold_er так дорога тебе потому, что ты отдавал ей всю душу.
- Потому что я отдавал ей всю душу... - повторил
schmetterlin, чтобы лучше запомнить.
- Люди забыли эту истину, - сказал
singer_of_dark, - но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. Ты в ответе за твою
behold_er.
- Я в ответе за мою
behold_er... - повторил
schmetterlin, чтобы лучше запомнить.